April 22nd, 2006

Надежда.

Если Он - Утешитель: то как хочу я утешения; и тогда Он - Бог мой.
Неужели?
Какая то радость. Но еще не смею. Неужели мне не бояться того, чего я с таким смертельным ужасом боюсь; неужели думать - "встретимся! воскреснем! и вот Он - Бог наш! И все - объяснится".
Угрюмая душа моя впервые становится на эту точку зрения. О, как она угрюма была, моя душа, - еще с Костромы: - ведь я ни в воскресенье, ни в душу, ни особенно в Него - не верил.
- Ужасно странно.
Т. е. ужасное было, а странное наступает.
Неужели сказать: умрем и ничего.
Неужели Ты велишь не бояться смерти?
Господи: неужели это Ты. Приходишь в ночи, когда душа так ужасно скорбела.
В. Розанов. Опавшие листья.